Компания Google наивная, коварная или глупая?

12 августа 2010 Джеймс Бойл

В понедельник после изрядной шумихи в газетах и блогосфере компании Google и Verizon объявили об инициативе создания «законодательной базы» для «сохранения открытого Интернета». Это объявление было встречено с большим ажиотажем: многие ожидали, что Google планирует отказаться от принципа сетевого нейтралитета, которого она давно придерживается. Этот принцип гласит, что никакой контент в Интернете не должен получать привилегированное отношение из-за своего источника.

Первые сообщения об этих переговорах, появившиеся в прессе, в том числе New York Times, были явно неточными. Google не просто решила купить себе привилегированный доступ для собственных сервисов в сети Verizon. Пусть это и было бы нарушением сетевого нейтралитета одним из самых активных его сторонников (до последнего времени), но это было бы нарушением только в рамках одной компании. Однако все обернулось куда серьезнее: Google предложила законодательно отменить этот принцип вообще, для всех пользователей. Газеты сильно недооценили серьезность ситуации.

Google представила это соглашение как способ «спасти открытый Интернет», однако на деле оно убивает открытый Интернет как минимум в трех аспектах. Во-первых, сетевой нейтралитет не будет распространяться на беспроводные сети – которые все, в том числе сама Google, считают будущим Интернета. Во-вторых, он не будет распространяться на «дополнительные» и «дифференцированные» сервисы – естественно, каждый будет волен объявить свой сервис именно таковым. В-третьих, Федеральная комиссия США по связи лишается функции регулирования Интернета: Google и Verizon предлагают оставить ей лишь минимум полномочий – она сможет обсуждать отдельные вопросы, но не сможет вводить правила. Именно так сетевой нейтралитет воспринимает типичная телефонная компания: он не должен мешать развитию наших беспроводных сетей, не должен мешать нам продавать нашим клиентам все, что мы хотим, не должен кем-либо контролироваться, но зато он должен чинить препятствия нашим потенциальным конкурентам. Иными словами, это что угодно, но только не сетевой нейтралитет.

Но вопрос в другом: а зачем все это Google?

Допустим, это корпоративная наивность. Verizon по своей сути – телефонная компания, она живет за счет белых пятен в государственном регулировании, примерно как микроскопические морские организмы живут в трещинах и пустотах коралловых рифов. Ей так удобнее. Там сформировалась ее организационная культура, там она идеально приспособлена к выживанию. Google – это нечто другое, эту компанию создали инженеры. Первая реакция инженеров на любое регулирование (а я говорю как человек, который за свою жизнь много раз объяснял компьютерщикам законы) всегда одинакова: большинство законов объявляются глупыми, ненужными и иллюзорными. Затем, когда компьютерщики понимают, что не могут просто взять и отмахнуться от юридической реальности с помощью довода «все это глупости», тогда появляется вторая реакция – они пытаются обойти законы с помощью технологий. (Поищите что-нибудь с помощью Google в другой стране, и вы сразу это поймете. С помощью геолокации поисковик изменяет контент в зависимости от правил каждой конкретной страны и даже ее национальных интересов.) Наконец, третья реакция – сесть за стол переговоров и найти такие условия, такие формулировки, чтобы прийти к некоему технологическому компромиссу, от которого все выиграют. Само по себе это желание весьма похвально. Эти две разные организационные культуры и были продемонстрированы в понедельник. Правда, увы, в основном речь шла о регулирующих схемах и способах их обхода. Но это игра на поле Verizon, это ее сильная сторона, а не Google.

Или, быть может, это не наивность, а эдакая реалполитик? Google всегда была страстным поборником открытости, что неслучайно: вокруг открытости построена вся ее бизнес-модель, в ней работают некоторые из ведущих мировых идеологов этой концепции. Google всегда защищала открытые сети – то особое пространство, в котором дерзкие новички могут бросить вызов устоявшимся гигантам, как в свое время сама Google бросила вызов поисковикам Yahoo и Alta Vista. Google всегда поддерживала открытые платформы, такие как Android, против закрытых систем вроде iPhone. Возможно, в понедельник Google дала понять, – и это наиболее грустно для всех, кто верил в ее приверженность открытым принципам, – что она решила пожертвовать этим принципом и сама стать закрытым гигантом. Теперь у Google достаточно денег, чтобы купить себе привилегированное положение в беспроводных сетях и лучшие премиум-сервисы. И здесь телефонные операторы как никогда кстати: с их помощью и Android преуспеет, и Google закрепится в мобильном вебе. Сетевой нейтралитет стал той лестницей, с помощью которой Google достигла своего нынешнего положения, но теперь она достаточно высоко, так что лестницу можно отбросить.

Но вот что интересно, неужели в Google и правда убеждены, что этот «компромисс» – наилучший из возможных? Что именно так можно начинать переговоры о будущем открытой сети? Это вряд ли. Я не знаю, злая эта компания или не злая, но в ней работают некоторые из самых умных людей, какие мне знакомы. Стоны разочарования, которые сейчас раздаются по всей блогосфере, – это разбитые надежды миллионов обитателей сети, которые вопреки голосу разума привыкли романтизировать Google, видеть в ней несокрушимый оплот добра, а не обычную коммерческую организацию. И вот эта потаенная мечта сейчас развеяна – из-за чьей-то наивности или коварства, уж не знаю.

Print Friendly

Tags:

Об авторе

Джеймс Бойл (James Boyle) – юрист, профессор Дьюкского университета, основатель Центра изучения публичной собственности, член правления Общественной научной библиотеки, автор и редактор ряда книг о праве и проблемах собственности, колумнист Huffington Post и Financial Times.
  1. grindex
    23 августа 2010 в 17:56 | #1

    думаю, что у гугла все продуманно, и не нам его судить

Spam protection by WP Captcha-Free